Александр Игоревич Сушков - д-р мед. наук, заведующий лабораторией новых хирургических технологий
123098, Москва, ул. Маршала Новикова, д. 23
Alexander I. Sushkov - Dr. Sci. (Med.), Head of Laboratory of New Surgical Technologies
23, Marshal Novikov St., Moscow 123098
Владимир Сергеевич Рудаков - канд. мед. наук, врач хирург Центра хирургии и трансплантологии
123098, Москва, ул. Маршала Новикова, д. 23
Vladimir S. Rudakov - Cand. Sci. (Med.), Surgeon, Surgery and Transplantation Center
23, Marshal Novikov St., Moscow 123098
Максим Васильевич Попов - канд. мед. наук, старший научный сотрудник лаборатории новых хирургических технологий, заведующий отделением рентгенохирургических методов диагностики и лечения
123098, Москва, ул. Маршала Новикова, д. 23
Maxim V. Popov - Cand. Sci. (Med.), Senior Research Fellow, Laboratory of New Surgical Technologies; Head of Department of X-ray Surgical Methods of Diagnostics and Treatment, State Research Center – Burnasyan Federal Medical Biophysical Center of Federal Medical Biological Agency
23, Marshal Novikov St., Moscow 123098
Альберт Эдикович Калачян - аспирант кафедры хирургии с курсами онкохирургии, эндоскопии, хирургической патологии, клинической трансплантологии и органного донорства Медико-биологического университета инноваций и непрерывного образования, лаборант лаборатории новых хирургических технологий ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России
123098, Москва, ул. Маршала Новикова, д. 23
Albert E. Kalachyan - Graduate Student, Department of Surgery with courses of Oncology, Endoscopy, Surgical Pathology, Clinical Transplantation and Organ Donation, Medical and Biological University of Innovations and Continuing Education; Laboratory assistant researcher, Laboratory of New Surgical Technologies, State Research Center – Burnasyan Federal Medical Biophysical Center of Federal Medical Biological Agency
23, Marshal Novikov St., Moscow 123098
Евгений Владимирович Найденов - канд. мед. наук, старший научный сотрудник лаборатории новых хирургических технологий, врач-хирург Центра хирургии и трансплантологии ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России
123098, Москва, ул. Маршала Новикова, д. 23
Evgeny V. Naydenov - Cand. Sci. (Med.), Senior Research Fellow, Laboratory of New Surgical Technologies; Surgeon, Surgery and Transplantation Center, State Research Center – Burnasyan Federal Medical Biophysical Center of Federal Medical Biological Agency
23, Marshal Novikov St., Moscow 123098
Алексей Игоревич Артемьев - канд. мед. наук, заведующий хирургическим отделением № 2 Центра хирургии и трансплантологии, доцент кафедры хирургии с курсами онкохирургии, эндоскопии, хирургической патологии, клинической трансплантологии и органного донорства Медико-биологического университета инноваций и непрерывного образования ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России
123098, Москва, ул. Маршала Новикова, д. 23
Alexey I. Artemiev - Cand. Sci. (Med.), Head of Surgical Department No. 2, Surgery and Transplantation Center; Associate Professor of the Department of Surgery with courses of Oncology, Endoscopy, Surgical Pathology, Clinical Transplantation and Organ Donation, Medical and Biological University of Innovations and Continuing Education, State Research Center – Burnasyan Federal Medical Biophysical Center of Federal Medical Biological Agency
23, Marshal Novikov St., Moscow 123098
Сергей Эдуардович Восканян - чл.-корр. РАН, проф., д-р мед. наук, заместитель главного врача по хирурги ческой помощи – руководитель Центра хирургии и трансплантологии, заведующий кафедрой хирургии с курсами онкохирургии, эндоскопии, хирургической патологии, клинической трансплантологии и органного донорства Медико-биологического университета инноваций и непрерывного образования ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России
123098, Москва, ул. Маршала Новикова, д. 23
Sergey E. Voskanyan - Corresponding Member of the Russian Academy of Sciences, Prof., Dr. Sci. (Med.), Deputy Chief Physician for Surgical Care – Head of Surgery and Transplantation Center; Head of Department of Surgery with courses of Oncology, Endoscopy, Surgical Pathology, Clinical Transplantation and Organ Donation, Medical and Biological University of Innovations and Continuing Education, State Research Center – Burnasyan Federal Medical Biophysical Center of Federal Medical Biological Agency
23, Marshal Novikov St., Moscow 123098
Актуальность. Нарушение почечной функции часто встречается у кандидатов на трансплантацию и реципиентов печени. Однако, несмотря на более чем 30-летний опыт выполнения в России операций по пересадке печени, эта проблема системно и на больших когортах пациентов не изучалась.
Цель. Оценить распространенность и выраженность нарушений функции почек непосредственно перед трансплантацией печени (ТП), в течение первой послеоперационной недели, при выписке и спустя год после операции.
Материал и методы. В одноцентровое регистровое исследование включены данные о 550 ТП от родственных (73%) и посмертных доноров (27%), выполненных последовательно в период с мая 2010 по июль 2024 года. Расчетную скорость клубочковой фильтрации (рСКФ) определяли по формуле 2021 CKD-EPI Creatinine. Острое почечное повреждение (ОПП) диагностировали и обозначали его стадию на основании критериев RIFLE в интервале от 12 часов до 7 дней после пересадки.
Результаты. Медианные значения рСКФ непосредственно перед ТП (n=550), при выписке (n=472) и спустя год после операции (n=257) составили 107 (86;119), 103 (75;116) и 79 (62;100) мл/мин/1,73 м2, а доли пациентов с рСКФ – менее 60 мл/мин/1,73 м2: 7,1%, 12,7% и 22,2% соответственно. ОПП развилось после 33,0% операций, в том числе стадий RIFLE > I – в 16,6% случаев. Методы заместительной почечной терапии были использованы после 7,3% ТП. При сочетании ОПП стадий RIFLE > I и ранней дисфункции трансплантата (РДТ) 30-дневная выживаемость трансплантатов составила 26% [14–39%].
Возраст реципиента (ОР 1,07, p<0,001), артериальная гипертензия (ОР 2,2, p=0,010), рСКФ < 60 мл/мин/1,73 м2 при выписке (ОР 2,3, p=0,008), концентрация такролимуса в крови (ОР 1,18, p<0,001) – независимые факторы риска рСКФ < 60 мл/мин/1,73 м2 через год после ТП. Медианы убыли рСКФ в течение первого года после ТП при de novo назначении или конверсии иммуносупрессии на схемы с эверолимусом составили 11 и 23 мл/мин/1,73 м2 (p=0,115) и статистически значимо не отличались (p=0,485 и p=0,132 соответственно) от медианы снижения рСКФ среди пациентов, не получавших эверолимус – 13 мл/мин/1,73 м2. Пятилетняя выживаемость реципиентов с рСКФ < 60 мл/мин/1,73 м2 через год после ТП составила 89,0%, при рСКФ > 60 мл/мин/1,73 м2 – 88,7%, p=0,760.
Выводы. Оценка почечной функции должна являться неотъемлемым компонентом наблюдения за пациентами в листе ожидания и после пересадки печени. Особого внимания требуют пациенты пожилого возраста, имеющие артериальную гипертензию, исходно сниженную рСКФ, посттрансплантационное ОПП > I (особенно в сочетании с РДТ). Независимо от сроков после трансплантации следует избегать избыточной экспозиции ингибиторов кальциневрина (концентрации такролимуса > 10 нг/мл), при необходимости используя комбинации с микофенолатами или эверолимусом.
Background. Renal dysfunction is common in liver transplant candidates and recipients. However, despite more than 30 years of experience with liver transplantation in Russia, this problem has not been systematically studied in large cohorts of patients.
The objective was to evaluate the prevalence and severity of renal dysfunction before liver transplantation (LT), during the first postoperative week, at discharge, and one year after surgery.
Material and methods. A single-center registry study included data on 550 LTs from living (73%) and deceased (27%) donors performed consecutively between May 2010 and July 2024. Estimated Glomerular filtration rate (eGFR) was calculated using the 2021 CKD-EPI Creatinine formula. Acute kidney injury (AKI) was diagnosed and staged according to RIFLE criteria between 12 hours and day 7 after LT.
Results. The median eGFR before LT (n=550), at discharge (n=472) and one year after surgery (n=257) were 107 (86;119), 103 (75;116) and 79 (62;100) mL/min/1.73 m2, and the proportions of patients with eGFR < 60 mL/min/1.73 m2 were 7.1%, 12.7%, and 22.2%, respectively. AKI complicated 33.0% of LTs, including 16.6% cases with RIFLE > I. Renal replacement therapy was used in 7.3% recipients. For the combination of AKI RIFLE > I and early allograft dysfunction (EAD), the 30-day graft survival was 26%, 95%CI: [14–39%].
Recipient age (Hazard ratio (HR) 1.07, p<0.001), arterial hypertension (HR 2.2, p=0.010), eGFR at discharge < 60 mL/min/1.73 m2 and tacrolimus trough level (HR 1.18, p<0.001) were independent risk factors for eGFR < 60 mL/min/1.73 m2 one year after LT. The medians of eGFR decline during the first year after LT in cases of de novo administration or conversion to everolimus-based regimens were 11 and 23 mL/min/1.73 m2 (p=0.115) and were not significantly different from the median eGFR decline among recipients never receiving everolimus: p=0.485 and p=0.132, respectively. Five-year survival of recipients with eGFR < 60 mL/min/1.73 m2 at one year after LT was 89.0%, while for eGFR > 60 ml/min/1.73 m2, it was 88.7%, p=0.760.
Conclusions. Renal function assessment should be an obligatory part of the follow-up of patients on the waiting list and after LT. Particular attention should be paid to elderly patients, with arterial hypertension, reduced baseline eGFR, post-LT AKI RIFLE > I (especially in combination with EAD). Irrespective of the time after LT, excessive exposure to calcineurin inhibitors (tacrolimus trough level > 10 ng/mL) should be avoided, using combinations with mycophenolates or everolimus if necessary.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.