Алексей Васильевич Шабунин, акад. РАН, проф., д-р мед. наук, главный врач; заведующий кафедрой хирургии
125284, Москва, 2-й Боткинский пр-д, д. 5
125993, Москва, Баррикадная ул., д. 2/1, стр. 1
Aleksey V. Shabunin, Academician of the Russian Academy of Sciences, Prof., Dr. Sci. (Med.), Head Physician; Head of the Department of Surgery
5 2-nd Botkinskiy Dr., Moscow 125284
2/1 Bldg. 1 Barrikadnaya St., Moscow 125993
Григорий Михайлович Чеченин, канд. мед. наук, врач-хирург отделения хирургии печени и поджелудочной железы, доцент кафедры хирургии
125284, Москва, 2-й Боткинский пр-д, д. 5
125993, Москва, Баррикадная ул., д. 2/1, стр. 1
Grigory M. Chechenin, Cand. Sci. (Med.), Surgeon, Department of Liver and Pancreas Surgery; Associate Professor of Surgery Department
5 2-nd Botkinskiy Dr., Moscow 125284
2/1 Bldg. 1 Barrikadnaya St., Moscow 125993
Павел Алексеевич Дроздов, д-р мед. наук, заведующий отделением трансплантации органов и (или) тканей человека, доцент кафедры хирургии
125284, Москва, 2-й Боткинский пр-д, д. 5
125993, Москва, Баррикадная ул., д. 2/1, стр. 1
Pavel A. Drozdov, Dr. Sci. (Med.), Head of the Department of Organ and/or Tissue Transplantation ; Associate Professor of the Department of Surgery
5 2-nd Botkinskiy Dr., Moscow 125284
2/1 Bldg. 1 Barrikadnaya St., Moscow 125993
Игорь Викторович Нестеренко, проф., д-р мед. наук, врач-хирург отделения трансплантации органов и (или) тканей
125284, Москва, 2-й Боткинский пр-д, д. 5
Igor V. Nesterenko, Prof., Dr. Sci. (Med.), Surgeon, Department of Organ and/or Tissue Transplantation
5 2-nd Botkinskiy Dr., Moscow 125284
Сергей Александрович Астапович, врач-ординатор хирургической клиники
125284, Москва, 2-й Боткинский пр-д, д. 5
Sergey A. Astapovich, Resident Doctor, Surgical Clinic
5 2-nd Botkinskiy Dr., Moscow 125284
Эльза Анатольевна Лиджиева, врач-ординатор кафедры хирургии
125993, Москва, Баррикадная ул., д. 2/1, стр. 1
Elza A. Lidzhieva, Resident Doctor, Surgery Department
2/1 Bldg. 1 Barrikadnaya St., Moscow 125993
Введение. Урологические осложнения составляют значимый процент в структуре причин потери почечного трансплантата в раннем и отдаленном периодах после пересадки почки. Наиболее частым урологическим осложнением в позднем посттрансплантационном периоде является стриктура мочеточника трансплантата или анастомоза, возникающая по данным разных авторов в 0,9–34%. Однако в настоящее время нет единого мнения относительно тактики лечения рецидивирующих стриктур трансплантата почки.
Клиническое наблюдение. В данной работе представлено клиническое наблюдение успешного лечения стриктуры мочеточнико-пузырного анастомоза почечного трансплантата, полученного от посмертного донора. В течение первого года после трансплантации после двух реконструктивных оперативных вмешательств и неоднократных установок пластиковых стентов у пациента был диагностирован рецидив стриктуры мочеточнико-пузырного анастомоза, в связи с чем больному был имплантирован покрытый нитиноловый мочеточниковый стент.
Заключение. Приведенное клиническое наблюдение демонстрирует возможность эффективного применения нитинолового стента в лечении рецидивирующих стриктур мочеточнико-пузырного анастомоза после трансплантации почки. Данная методика в ряде случаев может быть рассмотрена в качестве альтернативы повторным хирургическим вмешательствам. Необходимы дальнейшие исследования для определения более точного алгоритма лечения.
Introduction. Urological complications make up a significant percentage in the structure of kidney graft loss and patient death in the early and long-term period after transplantation. The most common urological complication in the long-term period is ureter or anastomotic stricture, which, according to various authors, occurs in 0.9–34%. However, now there is no consensus in the treatment for recurrent strictures.
Case report. We have presented a clinical case of successful treatment for the stricture of the ureterovesical anastomosis after kidney transplant from a brain-dead donor. During the first year after kidney transplantation, after two reconstructive surgeries and repeated placement of plastic stents, the patient was diagnosed with recurrent stricture of the ureterovesical anastomosis, and therefore a coated nitinol ureteral stent was implanted.
Conclusion. This clinical case report demonstrates the feasibility of effectively using a nitinol stent in the treatment of recurrent strictures of the ureterovesical anastomosis after kidney transplantation. In some cases, this technique can be considered as an alternative to repeated surgical interventions. Further studies are needed to determine a more precise treatment algorithm.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.